Охотский тракт

Автор: | 21.06.2020

   «Тронувшись дальше с Юдомского креста, мы, спустя 22 версты пути, доехали до р. Урака, впадающего в Ламское море, в 20 верстах к югу от устья Охоты. В пяти верстах от того места, в котором мы вышли к Ураку, в него впадает речка Коршуновка. В ее устье находится застава, учрежденная охотскими властями, где досматривают всех едущих в Охотск и из него».
Проехавший этим путем 51 год спустя лейтенант Г. Л. Сарычев отмечал, что в 7 верстах от вершины Урак увеличивается от соединения с другой речкой, текущей с правой стороны, что в тот же день «31 августа миновали 2 избы и магазенны. называемые Уракское плотбище, построенное в прежнюю Камчатскую экспедицию командора Беринга». «Следуя дальше вдоль долины Урака, — сообщает С. П. Крашенинников, — мы пять раз переправлялись через него, пока не добрались до речки Поперечной, с которой переехали на речку Мету, правый приток Охоты, откуда оставалось всего 31 верста до старого Охотского острога, расположенного на берегу протоки Амунки.
На следующий день рано утром мы приехали в Охотский порт, расположенный не более, чем в шести верстах от старого порта. В нем имелись часовня во имя Спаса всемилостивого, канцелярия, дом управляющего, пять частных домов и строения морской команды четыре дома, шесть изб и две казармы. Кроме того, возводилось много новых построек.
С Ярмонки мы выехали 2 июля 1737 г., а в Охотск прибыли 19 августа. В течение этого срока у нас было 7 дней простоя, а 34 дня мы находились в пути». Надо пояснить, что Ярмонкой раньше называли берег Лены против Якутска, где формировались караваны на Охотск.
Информация С. П. Крашенинникова об условиях передвижения по Алдано-Охотскому тракту будет как нельзя кстати путешественнику, который отважится пройти путем наших великих предков и напомнит о них всем нам.
Описанный путь неоднократно улучшался — его расчищали, устраивали станции. Трудности пути и в дальнейшем намерения перенести Охотский порт южнее привели к обследованию другого направления — с Ульи на Маю. Такие изыскания были проведены в 1774 г. прапорщиком В. Шмалевым. Но порт еще долго существовал, и приходилось пользоваться старым путем. Последним улучшением его сочли лишь устройство небольших обходов морей.
Прошли годы, а путь продолжал служить людям. Интенсивность потока грузов не уменьшалась. В 1830 – 1840 годах на тракте существовало 24 станции, в том числе Чернолесская, Аллах-Юньская, Халыжинская, Апчинская, Юдомо-Крестовская, Юдомская. Станции были заселены ссыльными крестьянами и якутами В ряде мест численность поселений достигала 200 человек.
Казна снабжала их продуктами до моста назначения и на год вперед, рыболовными принадлежностями, но поселенцы скоро стали голодать, и многие бежали. На оставшихся лежала обязанность содержать дорогу в надлежащем состоянии. Но как и прежде едущим верхом на лошадях или на оленях зимой приходилось искать переправы, корма для животных, ночевать в снегу.
Вот как описывает свою поездку путешественник И. Булычев (1856 г).
«Лошади идут привязанные одна за другою; на передовой сидит якут – проводник, которому таким образом поручается лошадей до 10, навьюченных кладей. Придя на ночлег или привал, лошадей пускают в поле. Зимою они копытом прогребают снег и питаются травою. Непонятно, каким образом для рабочей лошади, тяжело навьюченной, в гаком трудном пути достаточен этот скудный корм.
Но кроме всех трудов и лишений часто на этом пути случается новое бедствие — зараза, которой ни причины, ни способы лечения еще не открыты, уничтожает табуны. Летом от мошек болезнь усиливается, и часто из одного табуна или каравана переходит в другой. Множество лошадей гибнет в короткое время, и несмотря на то, что в караванах есть запасные не навьюченные лошади в заводе, бывает, что поклажу приходится оставлять в лесах с людьми для сбережения се и потом присылать за нею свежих лошадей. Якуты при появлении заразы прибегают к самым решительным мерам; они убивают зараженных лошадей.
Летом дожди по нескольку недель льют на бесприютных путешественников и не только пробивают одежду в дорожную поклажу, которых высушить нет ни времени, ни места, но размывают дорогу и производят непроходимую грязь, во многих реках прибывает вода… и приходится иногда несколько дней ожидать стока п возможности переправиться. Часто спутники подмащиваются на деревья со всем домашним скарбом и таким образом проводят но нескольку суток…
Провалившуюся в болото по брюхо лошадь якуты убивают. Такой случай есть большое несчастье для путешественника, ибо якуты тотчас начинают пиршество, и он должен непременно ждать, пока якуты не съедят последнего куска и не отдохнут от своей трапезы».
Таким был Охотский тракт, прослуживший более 100 лет в качестве государственной дороги до открытия Аянского тракта. В 1851 г. он был закрыт. Значение Охотского тракта, несмотря на сто протяженность и неустроенность, было огромным. Долгие годы он поддерживал связь центра России с Охотским побережьем и Камчаткой. В некоторые годы по нему отправляли до 30 тыс. пудов грузов. Везли хлеб, крупы, ткани, металлические изделия, масло, свечи, спирт, табак, порох. Только для оснащения экспедиции Биллингса было перевезено 60 тыс. пудов грузов. Тогда по рекам от Усть-Майской пристани до Юдомского Креста поднимались бечевой 40 – 50 дней.
Но чаще отправлялись сухим путем, для чего иногда использовалось до нескольких тысяч вьючных лошадей в год. В 1821 — 1825 годах от недостатка кормов надо около 10 тыс. голов. Столько же лошадей было потеряно за одни 1808 г. Охотский тракт был самым трудным участком на всем немыслимо протяженном пути от Иркутска до Камчатки.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *